Предлагаем саженцы плодовых, ягодных и декоративных культур!

Пусть красота и здоровье окружают вашу жизнь!

Пусть сад будет в радость!

Статьи

Подписаться на RSS

Популярные теги Все теги

Статья в газете "Республика Башкортостан" Евгений Воробьёв.

Многорукий Марат


Как Белебеевский фермер собрался на один грант накормить округу практически силами своей семьи

Извечная проблема журналиста: с чего материал начать. По классике считается, что начать можно с чего угодно: все равно редактор первый абзац вычеркнет, второй и будет считаться началом. Примета такая. Как говорится, хода нет — ходи с бубей. Вот и будем считать, что все это редактор уже вычеркнул, и можно смело приступать непосредственно к изложению.


Задано — принято

— В командировку сгонять не желаешь?


— Куда?


— В Белебеевский район. К фермеру одному. Начинающему.


— А что он натворил?


— Еще ничего не натворил, но грозится. Ягодами всех завалить. Для чего и республиканского гранта добился.


— А какими ягодами?


— А почем его знает... Вот там и выяснишь.


— У-у-у!


«У-у-у» относилось не столько к долгой дороге в 200 верст с тягучим по-сельски гаком (хотя бывало и подале), сколько к длине монотонно-одинаковых клубничных грядок, вдоль которых мы воображаемо шагаем к горизонту, то есть в бесконечность. Это сейчас модно — клубнику выращивать. Вот, мол, финны растят, и ничего. Выгодно, значит. Наши туда даже на заработки ездят.


Ну ягоды, так ягоды. Все хрена с редькой слаще.


Охрипшая девушка

...И оказался неправ. Не в смысле хрена. С ним-то как раз все нормально. А в смысле, во-первых, протяженности дороги. Связавшись с Маратом Зайруллиным, случайно выяснил, что 200 — это если через Белебей, а если напрямую, то до его искомого Метевбаша километров на 60 короче будет! Но очень желательно какую-нибудь деревню не проскочить! И по телефону продиктовал названия населенных пунктов, мимо которых лучше не промахиваться.


А какой же командированный не желает пораньше вернуться? «Конечно, напрямик, — сказал водитель Раис. — Главное, чтоб не полями».


По наказу фермера свернули на Буздяк. Слегка зацепив левым крылом край райцентра, согласно описанным приметам, устремились направо, на Канлы-Туркеево. Но тот все никак не желал и не желал появляться. Указателей «Каранай» встретилось штуки три, а Туркея — ни одного. Хорошо, у Саши Данилова, фотокора, в смартфоне навигатор оказался. «Девушка» из навигатора быстренько вывела нас на Канлы-Туркей, немножко по нему повозила, но, получив следующее задание, — Семенкино, — загадочно задумалась. Потом опять повела, повела и на очередной развилке снова замолчала. Видимо, пожимала плечами. Потому что Семенкиных оказалось два — «Ново-» и «Старо-». Не отвечал на звонки и сам Марат Зайруллин. Ах, да, он предупреждал, что из связи у них в Метевбаше только один оператор, «полосатый». К сожалению, у нас не такой. Рискнули, свернули на «Старое». Скоро относительно ровные пейзажи сменились холмистыми, будто скомканное одеяло, увалами, ощетинившимися скальными останками, как полуразрушенные древние крепости. Асфальт кончился, пошла петляющая и довольно тряская гравийка. «Девушке», похоже, стало дурно. Или она попросту утомилась беспрестанно повторять «300 метров — направо», «...налево», «...прямо». Потому что после тридцать какого-то поворота в ее голосе появилось легкое заикание, после него — заикание с хрипотцой, потом то ли у нее, то ли у водителя в речи начала проскакивать ненормативная лексика, и, наконец, уже в Семенкино на очередной развилке замолчали оба. И тогда Раис изрек: «...! Конец всему!» Девушка ничего не сказала. Может, из солидарности с Раисом, может, от ступора: в ее базе данных такого скопления человеческих жилищ, как Метевбаш, не значилось. Даже из космоса не просматривалось. А ведь это 800 с лихвою душ, как еще вчера уверял интернет-справочник!


Выручил гревшийся на скамейке семенковский мужичок с цигаркой.


— Уважаемый, на Метевбаш куда ехать?


— Туда... — махнул рукой уважаемый.


— А потом?


— А потом никуда. Тут одна дорога.


Наконец «никуда» настало, и мы оказались в Метевбаше. Край — не край, конец — не конец, но чуть позже выяснилось, что и единственная связь с деревней (с центром сельского поселения!) как раз в тот день почему-то действительно загадочным образом исчезла. Так что звони не звони... Хоть с какого оператора.


Но доехали, и ладно.


Для себя и на продажу

Теперь надо искать так опрометчиво пригласившего нас фермера. Конечно, язык и до Зайруллина доведет, но улицы были девственно пусты, поэтому решили начать с беспроигрышного варианта — с сельсовета. Который, к счастью, не пустовал.


Управделами, попросившая называть ее «просто Лира», с видом удачливого ловца на крупную рыбу поинтересовалась: «Про Марата писать будете?» «А что? Не надо?» — «Надо! Хороший человек. У них вся семья хорошая, работящая!» Потом сняла трубку внутрипоселкового телефона и запросто куда-то сказала: «Мунаварович! Чего гостей не встречаешь? Тут они, у меня, твои журналисты!» Потом — нам: «Может, и про меня напишете?» «Ну отчего же?» Вот, пишу...


Марат Мунаварович, подтянутый мужчина 46 лет, в самом расцвете сил, во вполне себе рабочей одежде — хоть в Белебей, хоть в поле — подкатил через пару минут на несолидном, вроде бы, для фермера... миниатюрном «Матизе». «Да-а, на клубничке, видать, нынче больно-то не разживешься. Знать, действительно начинающий...»


И вот тут я ошибся второй раз. С клубничкой. И с чего это именно она у меня в голове застряла? Оказалось, этой ягодой Зайруллин вовсе не занимается! Нет, для себя, конечно, выращивает (ну и часть на продажу). Нет, со временем, конечно, заняться думает... Но для начала, как выяснилось, намерен заложить яблоневый сад и разбить плантации малины и смородины. На будущий год. Для чего и бился за грант.


А пока...


— Что, вообще нечего показать?


— Ну почему же? Поедемте, посмотрим...


И мы поехали куда-то за околицу, километра за три от деревни.


На месте будущего сада и ягодника росла... капуста. С капельным поливом из ближайшего прудика, выкопанного там, где когда-то был довольно солидный колхозный водоем.


— А чего зря бывшему сооружению пропадать? Его расширить, углубить, вот на все ягоды-яблоки и хватит.

— В аренде земля-то?


— Нет, в собственности. Отсюда и в-о-о-н до той посадки. Три гектара отвожу под яблони, гектар под малину, гектар под смородину. А всего девять с половиной гектаров. Здесь же сено кошу. Для себя. И на продажу. А в аренде у меня полгектара под пасеку, вон там, в лесу. Так... Два десятка ульев всего. Для себя. Ну и на продажу...


— А если яблони не пойдут?


— Как не пойдут? Куда они денутся? С капельным-то поливом. Тем более, что у меня же еще в деревне полтора гектара. Там 140 яблонь давно урожай дают...


Так. Это уже интересно. Это уже не прожекты какие-нибудь в чистом поле, а реальный задел для действительно приличного дела.


И вообще, складывалось впечатление, что у Марата не абстрактные мечты в голове, а четко оформленные, грамотно упакованные и готовые к реализации планы. Как товары на магазинных полках. (Но о нем, о магазине, отдельно).


Плюс магазин и минус кошки

Предлагаю провести хотя бы черновую инвентаризацию хозяйства Зайруллина.


Итак, что «мы», с его слов, имеем только на данный момент?


11 гектаров земли в собственности плюс полгектара в аренде.

140 плодоносящих яблонь.

60 груш.

100 кустов смородины.

70 — жимолости.


Малина, клубника, ягода годжи, ежемалина...


Помидоры, огурцы, перец в двух теплицах и уже упомянутая капуста.


Саженцы и рассада плодовых, ягодных и декоративных культур из своего питомника (опять же для себя и на...)


Из живности: четыре головы КРС, куры, пчелы, рыба (во втором пруду, что побольше, в низине огорода). Отдельно — восемь (!) дворовых кошек, плюс собака.


А куда девать трактор типа «Беларусь»? Ездить, работать, куда ж еще. Не все же на «Матизе».


Ах да, ко всему прочему Зайруллин достраивает свой магазинчик «Товары от фермера», чтобы все вышеперечисленное выращенное (кроме кошек и собак) продавать.


Ну и дом, конечно. Два этажа, 120 «квадратов» на шестерых членов семьи. Хватает.


...В деревне и без того работы всегда невпроворот, но это сколько ж надо иметь рук, чтобы только со всем имеющимся справляться?


50 дел Зайруллина

Ну посчитать-то нетрудно. Если жильцов в доме шестеро, то рук, соответственно, в наличии двенадцать. Но бывает и больше.


— Помощников нанимаете?


— Нет. Надо бы двоих на этот проект взять, но где их взять? Свои, деревенские, не хотят. Не заманишь. Будем искать. Родственники, те — да, приезжают, помогают. Сестры, зятья...


Давайте ближе познакомимся с семьей Зайруллиных. Старшая по возрасту — Фагима Хафизовна, мама Марата и, соответственно, бабушка трех его дочерей (всего же имеет восемь внуков). По образованию — педагог. Работала и в поле, в колхозе, и в комсомоле, и долгое время в школе преподавала биологию. Рано схоронила мужа (Марату, предпоследнему, было восемь, самой младшей — пять). Тем не менее в одиночку подняла всех четверых, трех дочерей и сына, дала им высшее образование. Теперь помогает во всем по хозяйству и по дому. Хлеб печет, на кухне кашеварит, за скотиной смотрит...


Гульнара Фанузовна, жена Марата. Родом из Бижбулякского района. Окончила филологический факультет Стерлитамакского пединститута. Работала в районной газете «Белебеевские известия», преподавала язык и литературу в Метевбашской девятилетке, но после первого декрета это место оказалось занятым, и она пошла учителем... биологии. В семье отвечает за все — за мужа, детей, скотину, кухню, огород. В частности, делает домашний сыр и пастилу из яблок (под ее руководством Марат намерен открыть полноценный цех пастилы), выращивает различного вида рассаду (овощную, цветочную, ягодную), саженцы деревьев и кустарников, которые реализуются потом в отстоящем на 26 километров райцентре.


Дети. Резеда, Гузель, Галия. Со строгой разницей в три года: 15, 12 и 9 лет. Кроме напряженной учебы («До ночи иногда сидят, учат!») помогают чем могут маме и бабушке. Полют, например. Или урожай собирают. Нынче одна из них, старшая, особенно на смородину напирала. Папа ездил в Белебей торговать, так выручка с детских ведер отдельным учетом шла в ее личный фонд. Вот на новый смартфон и насобирала. А что? Сейчас того и гляди, опять на удаленку переведут, у двоих смартфоны есть, а у третьей нет!


И, наконец, папа. Он же муж, он же сын, он же хозяин.


Марат Манаварович в Метевбаше родился и вырос. Он единственный из четверых, кто остался в родных местах. Но сначала учился. Лесной техникум, аграрный университет, академия госуправления... Долго учился.


Поэтому поздно женился. Уже в 30 с лишним лет. «Сосватали» родственницы: «У нас девчонка одна на примете есть. Хорошая! Ей 28, замуж хочет — не могу!» Познакомились. «А что тут думать? Не бабай — женись, давай!» И пошло-поехало: три года — дочь, три года — дочь... «А где сын?» — жену спрашиваю. «Раньше надо было начинать, сейчас бы и сын подоспел! Вот ты где раньше был?» «Тебя искал!» — смеется сейчас Марат.


Шутки шутками, но троих надо поднимать, и не дать им хорошего образования при нынешних временах и возможностях как-то стыдно. Тем более мать — живым примером. Тем более руки, ноги, голова и все остальное, что надо, — на месте. А нынешний достаток (см. акт инвентаризации) не с неба упал, а наживался годами. Он ведь кем только не был. Лесником был, бухгалтером был, учителем ОБЖ был... Даже заготовителем шкур был и услуги по хозяйству (привези — вспаши) односельчанам оказывал. Даже поселковый совет восемь лет возглавлял (!), пока два года назад не решил — пора и на себя поработать. Теперь вот фермер. Начинающий.


А тут еще и торговлей вплотную заняться придется. На базар с урожаем да на «Матизе», да и по их убитой дороге в Белебей не наездишься, так «не лучше ли вы к нам»? Все свое, все свежайшее — молоко, сметана, творог, сливки, сыр, мясо, рыба, яйца, овощи, фрукты, мед, пастила, рассада... Чем не ассортимент? Для этого и магазин открывает (пока что один на деревню имеется). Глядишь — народ и потянется.


— У вас это что, семейное — профессии перебирать?


— Татарская поговорка знаешь, как говорит? «Мужчине и 50 дел мало должно быть!» То есть в деревне все надо уметь. Тут из города специалиста по машинной дойке или водопроводчика не вызовешь...


Кстати, о воде. В этом плане Метевбаш — деревня уникальная, я лично таких не видел. Здесь родниковая вода самотеком поступает в каждый дом! Дело в том, что на ближайшем холме бьют три родника — Ак-чишма, Гафур-чишма и Валилла-чишма. Вода отличная, питьевая, два раза в год сдается на анализ. Напор в кранах хороший. Лично мной проверено. В домах — газ, а значит, и отопление.


— Марат, так можно в деревне прилично жить?


— Не только можно — нужно!


... Когда отъехали, водитель, Раис, сказал: «Нормально. Через пару лет на джипе ездить будет!» «Нет. На «Ниве», — возразил ему фотокор Саша. — Зачем ему джип выпендрежный?»


...А «девушка» из навигатора ничего не сказала. Обиделась, наверное, что ее не включили.


Белебеевский район.


Автор: Евгений ВОРОБЬЁВ

Источник:© 2020 издания "Республика Башкортостан"